Ирина Сыскина

Последнее Рождество бабушки Роз

Роз вышла на веранду. Дочь запрещала курить в доме, ругалась, грозила раком. Роз восемьдесят лет отпраздновала, и ничего. Декабрь, а совсем не холодно, зимы не те. Снега нет, а какое Рождество без снега? В детстве ходила на каток, пять миль туда и пять обратно, мороз был что надо. Все не то, и улицы вот совершенно пустые, одни машины... Все-таки повезло ей. Улицы ее детства кипели жизнью, шумели, кричали разными языками. Позже оказалось, что время беззаботного детства было годами великой депрессии. Город тогда был маленький, иммигранты старались селиться кучками: «карман» еврейский, «карман» ирландский, и ее — итальянский на Холме.

Роз вытащила пачку Кэмел без фильтра, любимые. Вот сейчас покурит, и поедет в магазин за подарками. Роз затянулась и закрыла глаза. Первый раз они попробовали курить вместе с Руди, от этого - шрам на щеке на всю жизнь. Сигарное дерево смущало Руди довольно долго, и в один прекрасный день, раздобыв спички, они подожгли стручки — сигары. Сейчас смешно, а тогда ее щека представляла мрачное зрелище, мать была в ужасе, и как всегда, свалила все несчастья на тлетворное влияние Руди. А он оказался самым лучшим, что с ней случилось в жизни, как интересно с ним было, весело... Он научил ее лазить по домам и крышам. Домики стояли тесно, так, что упираясь в стены ногами, можно было залезть на крышу. Однажды мать застукала ее за этим занятием, Роз так и повисла на середине между домами... А еще можно было залезть на дерево, с дерева — на крышу, с нее на другую, и гуляй по крышам улицы или просто лежи и смотри на небо. Сверху можно увидеть много любопытного, и не только на небе, но и в окнах соседских домов...

Как-то она решила съездить на улицу своего детства. Место напоминало гетто, руины домов, пустые дырки окон, в пыли на дороге играли черные ребятишки. Больше в детство она не ездила...

Мать наряжала Роз как куколку, шила ей самые замечательные платья в округе, но скажите, пожалуйста, разве можно лазить по крышам в шляпке и белых перчатках? Любовь к нарядам пришла позже, может тогда, когда ее увидел Руди во всем великолепии: белое платье, белые носочки, белая шляпка, белые перчатки, просто ангел какой-то. Руди застыл от удивления и совсем неожиданно для Роз: «Как идет тебе это платье, ты в нем настоящая принцесса!»

А теперь куда все девалось, жить стали хорошо, а красота ушла, праздник ушел. Редко увидишь шляпку, перчатки и галстук, жалко...

На перила веранды приземлился смелый кардинал - поклевать из кормушки.

В ее первом доме, веранды не было. Зато была громадная сказочная ива — шатер на заднем дворе. Длинные тоненькие веточки спускались до самой земли. В жаркие ночи Роз спала на улице, под ивой. Засыпала под серенады цикад, просыпалась с песнями птиц. Именно там, под ивой, Руди открыл Роз свой секрет. В Fox театре, в фойе поставили самолет, Руди мечтал улететь на нем. Маленькую Роз самолеты не интересовали, но если вместе с Руди полететь, например, в Италию, она бы с удовольствием.

Откуда-то из прошлого вернулась песня: «Potatoes are cheaper, tomatoes are cheaper, now is the time to fall in love…»* Так все и было, правда, недолго. Не было белого платья невесты, а были тревожные ветки ивы, раскачивающиеся на ветру, звездочки лилий на земле и любопытная луна в небе... Руди радовался как мальчишка, уходя на войну, а Роз сходила с ума и ничего не могла изменить. Шепчущая арка на вокзале до сих пор обещает: «Я обязательно вернусь, Роз. Жди меня!»

Дочь Лили получилась вся в Руди, высокая, все-то ей бог дал, а что не дал — то она купила... А теперь вот и внук Микки скоро женится. Девочку нашел красивую и добрую, только вот высокую очень. Бабушка Роз видела в основном ее живот, так что говорить с ней могла только когда та сидела. Ноги у девушки очень уж длинные, а юбка чересчур короткая. Раньше за такую и арестовать могли. И песенка еще была: «Mary Ann, Mary Ann, keep your skirt down».* Дурацкая песенка, а вот запомнилась на всю жизнь... При первой же встрече, Роз поинтересовалась, какие духи любит девушка, чтобы сделать приятное Микки. «Ба, Криси работает в Neiman Marcus, у нее все есть», — сообщил внук, зная, куда ведет вопрос. В этом дорогом магазине бабушка Роз не была ни разу, у нее свой магазин... Ну и что, что у нее все есть, Рождество есть Рождество, у всех должны быть подарки.

Роз открыла глаза, с тоской посмотрела на пень возле веранды. Совсем недавно росла магнолия, ровесница дочки. Штормовой ветер сломал ее пополам.

Все уходит... Последнее время ее преследовали запахи и звуки детства. Она физически ощущала запах восковых карандашей, таких дорогих и необходимых когда-то. Мать давала ей три восковых карандаша и один простой на год. Запах самодельного шампуня из настроганного мыла... Запах вара, который они подбирали возле катков и жевали. Звуки, вернее шум оркестра из ложек и тарелок, который организовал Руди с ребятами. А еще трамваи, их давно уже нет, только в ее снах они по-прежнему весело звенят...

Бабушка Роз знала, что это Рождество — ее последнее. Нет, она чувствовала себя хорошо, ничто не беспокоило, а так: время подошло. Вот и вся жизнь пролетела, в одном городе, в двух домах, один любимый, одна дочка и один внук, очень простая арифметика. Родилась она, правда, в Италии, на Капри. В Америку приехала лет шести, и родину свою помнила смутно, вернее помнила только море и лодку, на которой катал ее отец. Иногда еще ей снился странный сон, в нем она с тетушкой Лиз приезжает в Неаполь, и та ведет ее куда-то в гору по узким маленьким улочкам. По дороге попадается много разных людей, они останавливаются в лавчонках, и везде, и всем тетушка показывает крошку племянницу с Капри. У Лиз своих детей нет, и она гордится красавицей Роз. Восторгам окружающих нет конца, девочку гладят по головке, угощают сладостями. Этот сон никогда не кончался, то есть они никогда не попадали в дом тетушки Лиз, а Роз так хотелось побывать там хотя бы во сне. Вот и вся ее Италия... После гибели Руди, никакие силы на Земле не заставили бы Роз сесть в самолет.

В Италии побывала дочь. Роз с интересом рассматривала фотографии. Ее особенно поразило, что родилась она рядом с вулканом Везувием. Капри на снимках утопал в цветах и, судя по всему, был прекрасным местом. Теперь там полно туристов, дочь останавливалась в Неаполе, а на остров ездила на экскурсию. Роз увеличила несколько видов Капри и повесила родину в спальне...

Роз любила две вещи на свете. Одна — покер. Она мучила дочку и внука просьбами поиграть и могла сидеть часами за карточным столом. На ее день рождения Микки подарил ей электронную игру покер, и Роз успокоилась, теперь ей никто не нужен для любимого занятия. Игра и пачка сигарет всегда в ее кармане.

О второй страсти бабушки Роз в семье старались не вспоминать как о несуществующей. Хотя все домашние знали, смеялись и никому вне семьи об этом не говорили. У Роз, по-видимому, был особый договор с Богом по этому поводу. В церковь она ходила регулярно, каждое воскресенье. В этом, как она всем сообщала, и есть секрет ее долголетия и здоровья: своими молитвами заслужила, Бог ее бережет.

Бабушка Роз пробежалась взглядом по списку, все знакомо, вот только какие-то новые духи для девушки Микки, придется поискать. Всю свою жизнь Роз хранила верность одному магазину — Famous Barr. Когда они приехали с матерью, он уже был, было и много других, да где они теперь, а этот все тут. Правда, ходят слухи, что скоро у него будет новое название, но скорее всего, этого она уже не увидит. Роз любила Рождество, магазин с украшенными елками и подарками, праздничную людскую суету.

Продавщицы при ее появлении быстро растворялись, видно не желая тратить драгоценное время на старуху, которая все равно ничего не купит. Ну и прекрасно, Роз они совсем даже и ни к чему, всю жизнь обходится без посторонней помощи. Она внимательно изучила все имеющиеся пробные духи на прилавке, и к счастью, быстро нашла то, что искала. Правда, оба флакона были наполовину пустыми, выбрав более полный и прихватив любимый «Опиум» для дочери, бабушка Роз направилась к заветному отделу — в перчатки. Перчатки были ее страстью, в ее коллекции можно найти перчатки любого цвета, любой длины и из любого материала. Привычным жестом Роз отправила в сумку пару красных кожаных перчаток, подумав немного, добавила две пары черных. Черные всегда пригодятся. Две продавщицы были полностью поглощены обсуждением предстоящего праздника и не обращали на Роз ни малейшего внимания. В мужском отделе присмотрела перчатки для Микки. Вспомнила, что он намекал на кошелек. Кошелек оказался роскошный и очень дорогой, бабушка Роз даже возмутилась в душе, маленький кошелек, а стоит целых сорок долларов, положила кошелек к перчаткам и лишь тяжело вздохнула. Ее внимание привлекли коробочки с шоколадными конфетами «Godiva», украшенные бантиками. Роз обожала шоколад с детства. Шоколад и мороженое... У отца Руди был автомобиль и иногда по воскресеньям, он брал Роз и Руди в Peverly Dairy, где не вылезая из машины, вы получали самое вкусное мороженое в мире! Маленькая Роз любила поездки на автомобиле, может потому, что у них с матерью машины не было...А шоколад приносил на Рождество брат матери, как ждала его маленькая Роз! А вечером в церкви давали жидкий шоколад, но Роз он не нравился — одна вода, зато после церкви они ходили по улицам, пели песенки, весело! Теперь не поют...

Взять несколько коробочек конфет не составило никакого труда, они просто лежали и просили обратить на них внимание, сумка уже была полной. К Рождеству она подготовилась, что еще они могут ждать от бедной старушки?

Дома бабушка Роз разложила подарки под елкой, завернула полупустой флакон для новой девушки Микки... Елка не пахла как в детстве, искусственные не пахнут. Лет десять назад дочка купила ее, чтобы меньше возни было, повесила игрушки, а после Рождества — большой мешок на нее надевала прямо вместе с игрушками и в подвал до следующего года. Бабушка Роз осуждала, но кто будет слушать?

В рождественскую ночь невозможно было заснуть, маленькая Роз отчаянно сжимала глаза, подглядишь — и волшебный Санта Клаус исчезнет вместе с елкой и подарками. Мать до времени прятала елку в саду, а потом ночью наряжала. Когда Роз было двенадцать, под елкой она нашла только два подарка. Первый оказался такой, что она от смущения покраснела — простой, дешевенький лифчик, первый в ее жизни. Лифчик она спрятала, а во втором подарке оказалась книга — «Волшебник из страны Оз». Сейчас, скажи кому, не поверят. Современные девочки на компьютерах сидят и бог знает что делают в этом возрасте. Она же любила сказки, особенно про принцесс и ангелов... Роз отыскала на елке фигурку ангела, Руди принес когда-то...

Не спалось — все вспоминалось...

Засыпая почти под утро, Роз просила бога: «Дорогой Бог, я надоедала тебе просьбами всю жизнь. Моя последняя: я устала, я хочу к Руди. Он слишком долго меня ждет».

И произошло чудо. Всю ночь не переставая шел снег, а утро после Рождества было удивительно холодным, как в детстве Роз. Только этого она уже не увидела...