Александр Клиндухов

НОЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ

Ни единой звезды…
Как назло, ни единой звезды!
Ночь, не уж ты со мной
Собираешься счёты свести?

Только лужи блестят
Да верхушки деревьев видны.
Только я всё иду
И совсем не боюсь темноты.

Тишина, только вдруг
Оступлюсь и опять, на беду,
Я случайно всем телом
В сырую траву забреду.

А трава на Камчатке
По пояс и даже по грудь.
А луна не взойдёт
Осветить мой единственный путь.

Наконец вдалеке
Горизонт просветлел недвижим.
Я вдруг вспомнил: с тобой
Мы по первому снегу бежим!

…Тихо из темноты
Показался мой скромный приют.
Ночь ужасно длинна,
Жаль, что короток пройденный путь.

Забываю тебя,
И калитка противно скрипит.
“Где ты шастал впотьмах,
Заблудившийся чёртов пиит?!”

Без обиды усну,
Улыбнувшись тихонько во сне:
Из ночной темноты
Я всегда выбираюсь на свет!

* * *

...Когда маячит берег иль звезда.
Данте Алигьери

Когда маячит берег иль звезда,
Как хорошо идти по косогору:
Есть цель — она подобием гнезда
Влечёт, хоть будешь там ещё не скоро.

Но так светлей и чище, чем тогда,
Когда не виден берег иль звезда,
И муторно, и тошно, одиноко,

Бесцельно проводить до гроба дни...
Так пусть маячат нам всегда они —
Звезда иль берег, да не дремлет око.

* * *

Когда на нашем небе ночь встаёт.
Данте Алигьери

Когда на нашем небе ночь встаёт,
Растаяв, день уходит в поднебесье,
И так хрустит под башмаками лёд,
Что не слышны уже былые песни.

И тих, и странен город пустотой,
Уснувший мигом. Только кот полночный
Всё ходит, будто он один с тобой —
И ничего совсем, хоть выткни очи.

Былые песни тают в пустоте,
Как день, как лёд, хрустя под башмаками,
Как на далёкой сумрачной звезде
Мой старший брат... но это между нами.

* * *

...Ты здесь на краткий срок в сени лесной...
Данте Алигьери

В сени лесной ты здесь на краткий срок,
Затем уйдёшь, запомнив всё, что было:
Журчал ручей и, озарив восток,
К зениту солнце двигалось уныло.

Ты в бор входил, прохладою влеком,
И шёл песчаной длинною дорогой,
И сосны, сплошняком стояв кругом,
Тебя считали, видно, недотрогой.

Ты был один в таинственном лесу,
И травы, что на высохших болотах,
Тебя держали, словно на весу,
Как ангелов на выцветших полотнах.

В тот миг с небес слетевшее перо
И ворона пугающие крики
Ты не забыл, хотя вокруг бело —
Зима нёсет совсем иные лики.

Но поражаться ты не устаёшь:
Ручей, дорога, бор, затем болото,
Перо и ворон... Радостный, уснёшь —
И сны твои совсем другого рода.

* * *

За яблоней голой, жасмином, кустом облепихи
Стоит старый дом, да не дом, а домишко убогий...
И прячется, словно мышонок, но мне его лики
Мерещятся через деревья, кусты, одиноки.

Как память спонтанна, её непрерывное пламя
Лелеет не душу, а то, что в ней есть от былого.
И тот закоулочек, словно вселенское знамя,
Трепещет над миром, где самое главное — слово.

Но яблоня в белом цвету, и жасмин набирает
Вновь сил для цветенья, и тайно цветёт облепиха,
А жизнь потихонечку вот и меня подпирает,
Скатившись под горку так быстро, так рьяно, так лихо.